Узбекистан, Ташкент – АН Podrobno.uz. С 2015 года голос Отабека Джураева стал неотъемлемой частью футбольных и хоккейных трансляций на телеканале Sport. Сегодня он является ведущим и единственным русскоязычным комментатором канала, чей профессиональный почерк давно вышел за рамки простого пересказа событий на поле. За десятилетие в эфире Джураев сформировал узнаваемый стиль, в основе которого лежит глубокая аналитика: от разбора тактических схем до оценки перспектив команд на крупнейших мировых турнирах.
Его независимые экспертные оценки часто становятся предметом обсуждения в спортивных СМИ и среди болельщиков, а активная работа в социальных сетях превратилась в площадку для живого диалога и обмена инсайдами. Однако за привычной уверенностью в кадре стоит путь, полный случайных встреч, работы с легендарными наставниками и постоянного поиска баланса в профессии, работающей в режиме «24/7».
В интервью Podrobno.uz Отабек Джураев рассказал о своем становлении, опыте работы с мэтрами комментирования и о том, почему нынешняя сборная Узбекистана — это «совершенно другая история» в борьбе за путевку на чемпионат мира.
Путь в профессию. От случая к призванию
«Мой путь в комментаторстве начался совершенно случайно. Первый эфир состоялся в сентябре 2015 года. Тогда один из моих знакомых, ставший впоследствии моим наставником — Джасурбек Гайбуллаев, — предложил мне попробовать силы в новой сфере. Он отметил, что я хорошо разбираюсь в футболе, и сообщил, что телеканал ищет русскоязычных комментаторов для трансляций европейских чемпионатов. Честно говоря, поначалу я сомневался в своих силах, но сама идея показалась мне слишком интересной, чтобы от нее отказываться», — вспоминает Джураев.
Так началось его погружение в сложную, но захватывающую жизнь телевещания. Дебют оказался успешным: за короткий срок Отабек прошел путь от новичка до одного из самых узнаваемых голосов страны, представляя интересы болельщиков сначала в эфире Uzreport TV, а затем и на национальном спортивном телеканале.
Отабек Джураев часто проводит параллель между спортивным комментатором и врачом. По его мнению, как медики выбирают узкую специализацию, так и комментаторы со временем сосредотачиваются на конкретном виде спорта или чемпионате. Сам Джураев, пробуя себя в разных дисциплинах, в итоге сделал выбор в пользу футбола. При этом он подчеркивает: даже узкая специализация требует колоссальной работы — нужно постоянно отслеживать тактические новшества, следить за формой игроков и буквально «держать руку на пульсе» индустрии.
«Оглядываясь на свой путь к 46 годам, я заметил закономерность. Примерно каждые пять лет я либо меняю сферу деятельности, либо загораюсь чем-то совершенно новым, — отмечает он. — Это не значит, что основная профессия мне надоедает, просто появляется свежий интерес. Собственно, именно это стремление к новому и привело меня в комментаторское кресло», — говорит он.
Однако за внешней привлекательностью профессии скрываются сверхнагрузки. Работа футбольного комментатора — это режим «24/7», где частые ночные эфиры неизбежно приводят к хроническому недосыпу.
«Даже вне кадра мы с коллегами продолжаем жить в бесконечном потоке матчей, результатов и новостей. В таком ритме критически важным становится умение восстанавливаться», — подчеркивает Джураев. По его глубокому убеждению, комментатору жизненно необходимо хотя бы на две-три недели в году полностью отключаться от внешнего инфопотока, чтобы вернуться в эфир с «перезагруженной» головой и свежим взглядом.
«Я живу днем, одним днем, я не знаю, что случится сегодня вечером, и тем более не знаю, что будет завтра. Конечно, есть цели и планы, но они воспринимаются не так, как это было в мои 20, 25 или 30 лет. День закончился — настал новый. Утром проснулся, собрался, перезагрузился. В нашей работе и так хватает стресса. Важно – не выгореть. Иногда нужно уединяться, отключаться от потока информации, побыть без смартфона, без телевизора. По возможности брать отпуск, с головой окунаясь в него».
В его профессиональном росте огромную роль сыграли наставники, которых он называет «устазы» — мэтры комментирования.
«Это те люди, которые учили меня этой профессии. Благодаря им, а особенно Александру Шмурнову, я получил базу, которая составляет 80% того, чем я владею сегодня. Александр Иванович не просто комментатор, он еще и преподаватель, а это совершенно разные вещи, — одно дело быть в профессии, другое — системно учить других этой профессии».
Кроме Шмурнова, Джураев отмечает опыт работы с рядом других профессионалов и наставников: Георгий Черданцев, Денис Казанский, Александр Елагин, Юрий Розанов, коллеги из Казахстана, Сергей Райлян, Дмитрий Мостовой, Евгений Акманов. А также Владимир Стогниенко. За исключением Юрия Розанова, со всеми из них он отработал в дуэте, наблюдая за мастерством коллег и перенимая опыт. Он подчеркивает, что даже если кто-то формально не является его наставником, возможность работать с опытным комментатором и наблюдать за ним он считает бесценным опытом.
«Для меня самое важное мнение — мнение моих наставников, а также коллег, комментаторов», — добавил он.
Особое внимание Джураев уделяет различиям между специализациями в спортивной журналистике. Он отмечает, что комментатор и пишущий журналист — это два разных направления. По его словам, примером может служить Игорь Рабинер:
«Он не комментатор, а пишущий журналист. Это совсем разные вещи: комментатор работает в прямом эфире — сказанное слово уже нельзя исправить или отредактировать, в отличие от текста, который можно править и дополнять».
Он также вспоминает местных узбекских коллег и мэтров прошлого, среди которых Ахбор Имамходжаев, Мирзахаким Тухтамирзаев, Хайрулла Хамидов и другие. Особое место в его воспоминаниях занимает Джасурбек Гайбуллаев — один из лучших голосов Узбекистана, у которого Джураев научился мастерству работы с голосом и нюансам интонации.
Он поделился случаем, который произвел на него сильное впечатление как на комментатора и человека.
«Как-то мы с коллегами навестили Ахбора Имамходжаева дома, и я был поражен его памятью. Мы не были лично знакомы с Ахбор додой. Наставники представили меня ему: «Это Отабек». Дальше было долгое общение. Мирзахаким ака Тухтамирзаев и Мурод ака Ризаев около часа вспоминали прошлое. Я молчал, слушал. Как вдруг мэтр, которому было 85 лет, неожиданно обратился ко мне: «Отабек, а чего это вы ничего не кушаете?».
Для Джураева этот момент оказался впечатляющим и необычным:
«Честно сказать, это может показаться наивно, но для меня, как для комментатора, это – масштаб. Ладно, что Ахбор дода в подробных деталях рассказывал о футболе прошлого века. Мы тоже помним тренеров, игроков, людей прошлого, имеющих отношение к футболу. Однако вот я, минут через 10, могу не вспомнить имя человека, посещавшего мои лекции. И дело не в высокомерии, не приведи Бог. Скажу так, это мои заводские настройки. А Ахбор дода мог хранить в голове всякую деталь. Ему же шел девятый десяток лет!». Ранее Джураев проводил обучающие курсы для тех, кто хотел стать комментатором:
«Из мастер-классов своих наставников и из того опыта, который у меня накопился, я собрал курс, — говорит он. — Получилось семь лекций».
На занятия приходили студенты, обучавшиеся журналистике и увлеченные футболом. В целом было около полсотни заинтересованных. Курс охватывал основы комментирования: главные особенности профессии, на что нужно обращать внимание, как развивать навыки, что изучать для профессионального роста и тому подобное.
Хотя этот курс не претендовал на статус школы комментирования, он позволял начинающим лучше понять специфику профессии, давая практические советы.
«Сейчас курс не проводится регулярно, но я рад, что смог поделиться тем, что сам когда-то узнал», — добавил он.
Среди действующих проектов Джураева особое место занимает футбольный квиз «Head trick quiz», который проводится с 2018 года. Вопросы охватывают самые разные форматы: текстовые, фото, аудио, видео, где в некоторых случаях для правильного ответа требуется не только знание фактов, но и логическое мышление.
По его словам, HTQ квиз больше напоминает игру «Что? Где? Когда?», и требует от участников незаурядной смекалки.
«Там не всегда достаточно просто знать какой-то факт, нередко необходимо «раскрутить» вопрос», — рассказывает он.
Основатели квиза – мои друзья из Казахстана, регулярно проводящие квиз в Алматы. Во время пандемии короновируса наш квиз стал международным проектом, охватив 16 стран: не только Узбекистан и Казахстан, но и Россию, Украину, Беларусь, Азербайджан, Германию и даже Таиланд. Более сотни команд одновременно принимали участие, и, по словам Джураева, уровень соперничества был очень высоким:
«В онлайне это были мощнейшие зарубы. Мы получали положительные фидбэки со многих уголков мира, участники были поражены, удивлены, где-то даже восхищались вопросами и турами, и ждали, когда мы будем дальше проводить все это дело, но после пандемии мы вернулись в оффлайн режим».
Комментаторская изнутри. Как рождается эфир
Отабек Джураев объясняет, что комментирование проходит двумя способами. Первый — выезд на стадион. По его словам, это лучшее, ведь ты видишь всю игру своими глазами. Например, если играет Пахтакор, комментатор занимает специальную кабинку, расположенную на верхних ярусах «Джар Арены», откуда поле видно, как на ладони.
Также в кабинке стоит монитор. Он нужен для связи с телезрителями, которые следят за эфиром через телеэкраны. Сигнал с камер выбирает режиссер трансляции. Обычно используется шесть восемь камер, освещающих всю игру, а режиссер берет нужные кадры, давая их в эфир. Джураев подчеркивает:
«Я работаю по картинке. То есть рассказываю о том, что показывает режиссер. Если он держит кадр с известным тренером или футболистом — следует дать информацию о нем».
«Когда видишь поле целиком, иногда можно предугадывать развитие атак, которые заканчиваются голами. Как говорил один из наставников Юрий Розанов «Предсказать гол, поймав атаку с самого начала – высший пилотаж, — отмечает он, — Это похоже на серфинг: ловишь волну, и она тебя сама стремительно несет».
Второй способ работы — студийный. Здесь комментатор видит только то, что идет на монитор, а рядом работают ассистент режиссера и звукорежиссер. Последний проверяет звук, обратку, т.е. сигнал твоего голоса в наушниках. Джураев говорит, что без обратки сложно контролировать, как звучишь в эфире, и вспоминает, как его наставник Александр Шмурнов прямо требовал установить ее сразу на первом матче.
«Тайминг эфира играет важную роль. Матчи и рекламные блоки расписаны до секунды. Иногда в эфир тебя выпускают за пять минут до стартового свистка, бывает и за минуту. Исходя из этого ты и выдаешь необходимую информацию – где-то подробно объясняешь мысль, где-то выдаешь информацию сжато», – объяснил Джураев
Особое внимание уделяется эмоциональной составляющей. На стадионе комментатор, так сказать, собственной кожей чувствует атмосферу, болельщиков, атаки, голы.
«Мой стиль — всегда оставаться собой, быть естественным. Зритель предпочитает чувствовать не наигранные эмоции и слушать не заученный текст».
Хотя большинство эфиров Джураев старается вести беспристрастно и нейтрально, на матчах национальной сборной это дается с трудом:
«В 99% моих эфиров я сохраняю нейтралитет, но матчи сборной Узбекистана — это совершенно иная история, здесь я позволяю себе быть болельщиком. Когда идет опасная атака на наши ворота, порой буквально сбивается дыхание. А когда наши забивают — в эфире звучит неподдельная радость, которую невозможно сдержать. Как бы я ни старался сохранять рассудок, в важнейшие моменты эмоции все равно берут верх».
«Или, для сравнения, я комментирую матчи чемпионата Узбекистана, а также игры наших клубов на международной арене, — говорит он. — Играет, допустим, «Насаф» с «Нефтчи», тут мне абсолютно безразлично, кто победит. Была бы красивая игра. А вот если встречаются, скажем, «Андижан» и «Аль-Ахли», или «Пахтакор» с «Аль-Хилялом», естественно, я за «Андижан» и за «Пахтакор».
Также Джураев рассказал о том, как он выбирает матчи для комментирования и что значит быть единственным русскоязычным комментатором на крупных играх. Недавний эпизод хорошо иллюстрирует его приоритеты. Он рассказал, что в день «Эль-класико», когда играли «Барселона» с «Реалом», проходил матч «Нефтчи» — АГМК.
«Прихожу в монтажную, вижу звукорежиссера и других коллег, составляющих график. Все смотрят на меня, улыбаются. Один спрашивает: «Вы на какой матч зайдете?». Отвечаю: «Однозначно «Нефтчи» — АГМК. У большинства коллег был шок», — вспоминает Джураев.
По его словам выбор был обусловлен тем, что наши команды ему ближе и роднее, чем международный матч, пусть и более статусный.
На вопрос, тяжело ли быть единственным русскоязычным комментатором, Джураев ответил, что это актуально только во время крупных турниров. Он рассказал, что на чемпионате мира или чемпионате Европы приходилось обеспечивать русскоязычное вещание, иногда с дополнительными комментаторами, чтобы все матчи транслировались на русском. В обычные дни обходятся одним комментатором.
«Раньше комментатор работал из студии, а теперь ты видишь стадионы, путешествуешь, ощущаешь атмосферу арен, наблюдаешь, как болеют фанаты, как тренируются и играют команды вживую, с места. Это совершенно другой уровень работы», — рассказывает он.
Но вместе с расширением возможностей приходят и новые трудности. Джураев признает, что с большим потоком информации случаются как оговорки, так и ошибки в эфире. Это бывает со всеми, в том числе и с опытными комментаторами. Например, можно оговориться, спутав команды или игрока. А можно реально ошибиться, выдав в эфир неправильную информацию.
«Зачастую для болельщика это – фатальная ошибка. Бывает коллега провел прекрасный эфир, лишь в одном месте оговорившись, но именно за нее и зацепится телезритель. Тут важно признать ошибку. Поправиться, если оговорился, исправиться если ошибся и двигаться дальше», — объясняет он.
Он поделился историей о своем участии в радиоэфире, где обсуждалась тема футзала:
«Года четыре назад мне задали вопрос про узбекистанский футзал. На тот момент я им вообще не интересовался, ну и честно сказал, что даже не знаком с правилами игры. В эфире наступила пауза, после чего ведущий перевел вопрос другому участнику».
После передачи ведущий подошел к Джураеву и поинтересовался, почему тот не предупредил, что не разбирается в этой теме.
«Я объяснил, что мне не стыдно признать, если я чего-то не знаю», — отметил гость.
Нередко случается и положительное взаимодействие с телезрителем. К примеру, не узнал человека на арене, или оказался не в курсе нового правила, введенного прям перед стартом турнира, а болельщики прямо в онлайне скидывают нужную информацию через соцсети.
«Мне не один раз здорово помогли телезрители. Например, во время катарского мундиаля подсказали, что дамой в ВИП-ложе, которую показал режиссер является Унс Джабир. Топовая теннисистка из Туниса. Или напомнили, что солиста группы «Оазис» зовут Лиам Галлахер. Прилетает помощь и от коллег. Очень ценю это», — делится он.
Для Джураева главным в работе остаются профессионализм и качество эфира.
«Похвала — это приятно, особенно если она от комментаторов, тренеров, арбитров и других, имеющих непосредственное отношение к игре. Однако почву для роста зачастую создает конструктивная критика», — отметил Джураев.
Качество эфира, по его словам, напрямую зависит от подготовки к матчу.
«Подготовка к эфиру — это не только один час, отведенный на изучения конкретной игры, но и вся жизнь комментатора — тоже часть подготовки. Высшее образование, регулярное чтение, изучение матчасти и многое другое. Даже просмотренный культовый фильм, напрямую может повлиять на качество эфира», — подытожил он.
Сборная Узбекистана и Чемпионат мира 2026
Сборные Узбекистана сегодня проживают период мощного роста. Об этом красноречиво говорят результаты команд различных возрастов. Выход национальной сборной на Чемпионат мира и вовсе стал историческим событием, в разы увеличившим интерес к футболу в стране.
«Сборной Узбекистана всегда чего-то не хватало — одного матча, одного гола, одной минуты, одной лишней квоты. Сейчас же ситуация изменилась. В том числе за счет системности работы: спорт еще активнее развивается, клубы и сборные получили еще большую поддержку, есть прогресс в работе агентов, трудоустраивающих футболистов за рубежом».
Комментатор отмечает, что большой прогресс особенно связан с активным выездом игроков за рубеж, где футболисты набираются опыта на международной арене:
«Раньше в стартовом составе сборной было мало легионеров. Сейчас 70–80 % основной обоймы — это игроки, выступающие в чемпионатах других стран, зачастую в сильных клубах. Шомуродов играл в «Роме», ныне же он лучший бомбардир чемпионата Турции. Файзуллаев был в ЦСКА, теперь бегает в футболке Бешекшехира, немало наших сборников являются лидерами своих клубов, выступающих в чемпионате Ирана. Везде узбекские футболисты проявляют себя на хорошем уровне».
Невозможно обойти стороной тему Абдукодира Хусанова. Правда его история — пример совершенно исключительный, и потому к нему невозможно применять общие шаблоны. На вопрос, может ли кто-то из нынешних молодых узбекских игроков повторить путь защитника, которого когда-то считали «физически недостаточным», но который сегодня выступает в одном из лучших клубов мира, комментатор ответил, что такие истории случаются крайне редко.
По его словам, в футболе часто бывает, когда многим воспитанникам академий прямо говорят «ты не тянешь», и большинство из них действительно не будут связаны с профессиональным футболом. Зато они могут реализовать себя на новом поприще. Джураев привел пример популярной блогерской команды Unwanted Boys, в которой оказались ребята, прошедшие через академии известных клубов Узбекистана:
«Здорово, что они нашли себя в медиа-футболе. Однако, если они выйдут против среднего клуба Суперлиги Узбекистана, по моему мнению, счет будет в районе 4:0 уже в первом тайме. Так что не всегда нужно гневно осуждать решение тренеров профессиональных команд, некогда отказавших футболисту», — отметил он.
Говоря о потенциальных звездах Узбекистана, Джураев подчеркнул, что смотреть нужно на молодежные сборные — U-17, U-20, U-23, где формируется резерв на будущее:
«Наша футбольная система пытается наладить работу по типу «сито». За ребятами следят, их отбирают, приглашают выше, оставляя самых лучших».
Он напомнил, что в этом году в стране начал функционировать Национальный футбольный центр — инфраструктура, которая, по его словам, «дико крутая» и теперь будет играть ключевую роль в поиске талантов.
Среди подрастающего поколения Джураев выделил нескольких игроков. Из U-20 ему особенно запомнился Мухаммадали Уринбоев, который ярко проявили себя на Кубке Азии и других турнирах. Нельзя не вспомнить и о Лазизбеке Мирзаеве. Первый уехал в бельгийский «Антверпен», другой — в «Леганес», где выступает за вторую команду и не так давно забил гол, пусть и в товарищеском матче. Особенно много талантов среди игроков сборной U-17, выигравшей Кубок Азии 2025.
При этом, возвращаясь к Хусанову, Джураев объясняет:
«Такой футболист, также, как и сам трансфер — один на миллион. У него отличная генетика, отец-футболист, правильное окружение, грамотные агенты, которые не торопили с переходом в богатый клуб, дабы сразу заработать. Это удачное совпадение множества факторов».
Международные матчи против Ирана, Египта, и особенно Уругвая он считает критически важными.
«Они очень помогают нашей сборной», — говорит он.
По его словам, Ассоциация футбола действует правильно, верно подбирая «спарринг-партнеров» именно под те игровые стили, которые ждут команду на Чемпионате мира.
«Кто-то говорит, что у соперника был второй состав. Но это все равно Уругвай, а это – стиль. Кусачий, жесткий, латиноамериканский», — отмечает комментатор.
По его словам, пропущенные мячи, которых могло случится в разы больше были следствием столкновения с новым для нас стилем, а не отсутствием вообще навыков у наших игроков. И чем больше сборная противостоит «разным стилям», тем сильнее она становится. Как в аналогии с боксом, где любительская сборная Узбекистана регулярно проводит совместные спарринги с казахстанцами, кубинцами и другими школами, что сказывается на положительном росте и отличных результатах. Победы же над Египтом и Ираном, пусть и в товарищеских турнирах, он называет очень важными, потому что любые победы дают ментальную уверенность, а это — огромный шаг вперед.
На вопрос о том, поедет ли комментировать матчи Чемпионата мира с места событий, Джураев ответил:
«Я не знаю, поеду туда или нет. Если вы зададите вопрос, хотел бы я поехать туда, то это, наверное, первый случай, когда я действительно чего-то хочу. Но у меня практически нет требований — предложат откомментировать здесь, буду рад, дадут отработать там, буду дико рад. Но на чемпионат мира, конечно, хотелось бы поехать, потому сборная Узбекистана для меня — это совсем другая история».
Новый футбол
При этом эксперт обращает внимание на то, как меняется сам футбол. По его словам, изменение правил, например введение «8 секунд», или возможные вариации времени игры — это отражение изменений в нашей жизни, темпе и восприятии информации аудиторией.
Молодежь сегодня смотрит спорт иначе: через смартфоны и стриминговые сервисы, в виртуальных пространствах. Это создает конкуренцию за внимание зрителя, и футбол адаптируется, чтобы оставаться динамичным, а значит зрелищным и интересным.
«Футбол меняется и будет меняться», — говорит он, поясняя, что новые правила и возможные вариации времени игры — отражение этих изменений. Например, финал чемпионата мира в Катаре посмотрели от полутора миллиарда человек и больше. Глобализация и коммерциализация спорта диктуют свои условия, формируя новые требования к зрелищности, правилам и маркетингу.
По его мнению, изменения коснутся правил, длительности матчей и формата соревнований:
«Сейчас у нас два тайма по 45 минут, я не исключаю, что может случиться три по 30 минут, или два по 30 с чистым временем».
Джураев подчеркивает, что это необходимо для поддержания интереса, особенно с учетом глобализации и коммерциализации спорта: финалы чемпионатов мира смотрят миллиарды людей по всему миру, и футбол должен адаптироваться к новым условиям и запросам аудитории, особенно в борьбе за внимание молодежи.
По его словам, хотя сам он и консервативен, однако в этом вопросе видит, что изменения неизбежны. Главное — сохранить основы игры.